виртуальный клуб Суть времени

Разъяснение С.Е.Кургиняна по телефону

Скачать с kiwi mp3
Скачать с narod.ru mp3 (5.65 Мб)

В полной версии можно прочесть расшифровку.

Я нахожусь за границей. Но мне каждый час сообщают информацию из Москвы, я эту информацию воспринимаю и чувствую, как нарастает некая перевозбужденность в Москве, как все это начинает уже граничить с элементарным сумасшедшим домом. Поскольку общество в перевозбужденном состоянии действительно перестает понимать, что дважды два – четыре, а Волга впадает в Каспийское море, то по этому поводу не надо раздражаться, а надо терпеливо давать какие-то разъяснения, а точнее – рассуждать вместе. Давайте вместе рассуждать.

Говорится очень разное: говорится, например, что кто-то из начальников – Володин что ли – собирает некий митинг, который будет за Путина. Что Путин придет и разберется – и в этом главное содержание митинга. Но если этот митинг собирают, то этот митинг собирают охранители, которые проснулись, и у них есть какая-то своя линия. Но причем тут ваш покорный слуга, движение «Суть времени» и вообще какие-то антиоранжевые оппозиционные силы? Потому что оппозиционные силы на то и оппозиционные, чтобы не выступать за Путина. Оппозиция – это когда выступают против, а не за.

Посмотрите внимательно все мои обращения. О чем говорится в этих обращениях? Что нужно создать наиболее широкий оппозиционный митинг, заключив на нем антиоранжевый пакт. Пакт борьбы с оранжевыми оппозиционных сил. Сколько раз я говорил, что если там будет «Единая Россия», если там будет власть и так далее, то нецелесообразно находиться там нам как представителям оппозиции. Пусть тогда они варятся в собственном соку, а если их там не будет, ни их флагов там не будет, ни символов, ни представителей власти там не будет, то можно собрать широкий антиоранжевый оппозиционный митинг. И моим главным героем для этого митинга является Зюганов, а не Путин. Зюганов Геннадий Андреевич – как оппозиционный лидер, который много раз говорил, что он антиоранжевый. Но в случае, когда оранжевая угроза нарастает, может быть и Жириновский, даже Прохоров – кто угодно может быть из оппозиционных политиков, которые подписывают (еще раз говорю) оппозиционный антиоранжевый пакт и говорят: «Да, мы против власти, но это не значит, что мы за оранжевых. Мы с отвращением это отвергаем, оранжевые – наши враги, они враги страны. А с властью мы будем выяснять отношения так, как полагается политическим силам».

Вот в чем мое предложение.

Теперь начинают говорить, что Кремль, Володин – не к ночи будет помянут – и кто-то еще хотят собрать оппозиционный патриотический митинг. То есть Володин хочет собирать людей Зюганову, Жириновскому, мне и кому-то еще? Зачем? Зачем? Оранжевый пиар – или точнее, оранжевая информационная война, оранжевые средства массовой дезинформации и компрометации – совершенно полностью очумели. Если кто-то хочет собирать оппозиционный – оппозиционный, подчеркиваю! – антивластный и антиоранжевый митинг, то пусть собирают – чего тут плохого?

Если Володин некий, условный, хочет собрать людей Зюганову – пусть собирает, чего плохого-то?

Вопрос же не в этом. Вопрос заключается в том, что Володину это абсолютно не нужно. И никому в Кремле это не может быть нужно за месяц до выборов. Что у всякого сумасшествия есть пределы. Если собирают оппозиционный антивластный и антиоранжевый митинг, то – кто бы его ни собирал – ради Бога. Какая разница? Просто сумасшедших-то нет. Это уже заврались, так сказать, соответствующие средства массовой информации.

Теперь, что происходит на самом деле – как я это понимаю. Очень долгое время я упорно пытался создать антиоранжевый общественный комитет – аналог того оранжевого «круглого стола», который создавал Касьянов. И сказать, что этот антиоранжевый общественный комитет должен действительно дать отпор оранжевым. Но очень у нас с этим все трудно, потому что разного рода представители нашей деловой элиты и иной элиты очень боятся сделать что-нибудь, что не санкционировано властью. И вообще, на самом деле, они больше всего тяготеют к охранительности, к тому, чтобы поддержать Путина. И они не готовы к оппозиционной деятельности и не понимают масштаба опасности и так далее, и тому подобное.

Кроме того, у них есть свои ограничения, потому что у одних из них родственники за границей, другие вообще физиологически боятся публичности, третьи находятся в таких отраслях бизнеса, в которых очень трудно существовать, действуя в оппозиционном ключе. Все это все время не происходило. После нашего митинга 24 декабря и особенно после двух передач «Исторический процесс» подобного рода контингент действительно возбудился и проявил некоторую сдержанную решимость  создать такой вполне законный, но не публичный антиоранжевый комитет – полный аналог «круглого стола», который создает Касьянов, оранжевого «круглого стола». И он начал какие-то телодвижения, этот антиоранжевый комитет, с тем, чтобы собирать антиоранжевые митинги, пусть даже и оппозиционные, как я предлагаю.

Если этот антиоранжевый комитет соберет широкий оппозиционный митинг, я считаю, что на него, пожалуйста… Прохоров хочет прийти? Пусть приходит Прохоров. Жириновский? Жириновский. Зюганов? Зюганов. Александр Андреевич Проханов, который мне близок? Александр Андреевич Проханов. Люди, которые ко мне дальше, – Михаил Леонтьев или кто-то ещё? Михаил Леонтьев. Кто угодно. Церковные силы? Церковные силы. Широкий антиоранжевый оппозиционный фронт – пусть с разной мерой оппозиционности.

Вот если этот антиоранжевый комитет соберет четвертого числа некий ОППОЗИЦИОННЫЙ, подчеркиваю еще раз, оппозиционный антиоранжевый митинг, то на нем надо присутствовать и его надо поддержать. А если эта гора родит провластную мышь, то пусть сама по себе эта мышь и действует, даже если она будет очень массовой.  К нам это тогда не имеет отношения. Наши условия абсолютно очевидны: чтобы не было «Единой России», чтобы митинг носил оппозиционный, а не провластный характер, и чтобы он был и оппозиционным, и антиоранжевым. То есть, чтобы сформировалась нормальная патриотическая оппозиция. Оппозиция, но патриотическая. Чтобы люди перестали сходить с ума. И обращаюсь я, прежде всего, к ключевым оппозиционным политикам, а также к этому антиоранжевому комитету. Если он хочет это делать, пусть приводит любые механизмы в действие, пусть действует как угодно, но в этом направлении. Если он хочет действовать в другом, то двое сбоку, ваших нет – меня в этом нет.

Что же касается нас, то движение «Суть времени» проявляет невероятную активность с тем, чтобы собрать свой митинг 23 февраля. И это будет уже митинг «Сути времени» и тех, кто захочет к «Сути времени» присоединиться.  Мы будем говорить на нем о своих ценностях, о своих программах, о своих представлениях о будущем России, о том, что именно нужно России, а также бить по оранжевым. Вот тогда мы будем существовать не в каком-то размытом широком фронте,  а так, как мы считаем нужным. Но мы не можем – молодая организация, которая уже собрала больше, чем Зюганов и Жириновский вместе взятые, 24 декабря, – не может из раза в раз превратиться в механизм сбора митингов.  Антиоранжевый комитет может его собирать – пожалуйста, я приду, выступлю, если это будет оппозиционный патриотический антиоранжевый  митинг. И я все скажу и о власти,  и об оранжевых, как это я делаю все время. Если кто-то из моих коллег выскажет свою позицию, я их внимательно учту. Если там будут чужие мне позиции, но антиоранжевые, я их приму, но без власти. Власть должна заниматься своим делом. Она хочет собирать охранительные митинги?  Пожалуйста. Этот самый антиоранжевый бизнес, о котором я говорю, не имеет никакого отношения к околовластному, который очень любят обсуждать… Например, «Новая газета» не обсуждает другой митинг, каких-нибудь своих, например, спонсоров, а вот этих очень любит обсуждать.

Объясняю. Провластный, точнее, околовластный бизнес полностью парализован. Он начнет действовать только тогда, когда власть даст отмашку. Вот тогда площади будут заняты флагами «Единой России», а на трибуне будет стоять не ваш покорный слуга, а совсем другие лица, а меня на трибуне не будет.

Подобного рода объяснения приходится давать в связи с тем, что, во-первых, абсолютно очумели оранжевые спецпропагандисты. Они уже так все запутали, в такой маразм все превратили, что приходится что-то распутывать. И, во-вторых, потому, что у всех ум за разум чуть-чуть зашел, в связи с ажиотажем в общественной ситуации. Вот, что я хотел сказать еще и еще раз.  Антиоранжевый комитет либо соберет этот митинг, либо не соберет. Как он его будет собирать, меня не касается. Не я его собираю. Люди, которые мне сочувствуют, могут на него прийти. Я буду очень рад.  Но это будет митинг широкого оппозиционного антиоранжевого фронта. А «Суть времени» будет собирать свой митинг 23 февраля.

Я готов давать такие разъяснения четыре раза в день, если это нужно для того, чтобы в обществе появилась ясность. Вот это мое очередное разъяснение я завершаю. Спасибо всем, кто его слушал. Всем большой привет.

Вход в аккаунт

Навигация