виртуальный клуб «Суть времени»

  Максим Волков

   ВОЙНА ПРОТИВ ЛИВИИ
   Ложь западной пропаганды
   

Начало военных действий НАТО против Ливийского правительства для большинства россиян выглядело недостаточно обоснованным. В отличие от них, многие жители стран Запада поддерживали эти действия. Хорошим примером может служить ответное письмо (http://www.livejournal.ru/themes/id/34586) от известной американской организации «Солдатские матери Америки», полученное в ответ на просьбу «Не посылать Ваших сыновей летчиков и солдат против Ливии не создавать новый Вьетнам!»:

Я счастлива, что мои сыновья и дочери рвут Ливию, и я буду всемерно содействовать их непрекращающемуся успеху. Нам нужно уничтожить таких людей как Вы.
Господи, благослови Америку!

Все это стало возможно из-за манипуляции общественным сознанием, активное участие в котором приняли «независимые» средства массовой информации.
Цель данного обзора — не раскрыть, где правда, а где ложь, а показать, как преподносилась информация, ее качественные и структурные особенности.
В основе обзора — данные из открытых источников, полученные с 6 января 2011 (отзыв посла США из Ливии) по 19 марта 2011 (военное вмешательство НАТО).
Действия оказались спрессованы по времени: большинство описываемых событий пришлось на период с 20 по 28 февраля.

Intro
В начале января 2011 из-за публикации WikiLeaks США отозвали своего ливийского посла (нелестно отозвался о Каддафи). Сам Муаммар Каддафи «высоко» оценил роль утечек в разжигании арабских революций.
В начале февраля WikiLeaks была опубликована информация о том, что семья полковника присвоила свыше 200 млн. долларов из государственных контрактов.
15 февраля 2011 Аль-Джазира сообщила, что профессора, адвокаты, врачи, инженеры — 213 человек — призвали Каддафи отказаться от власти. В тот же день в Бенгази начались беспорядки. Поводом послужил арест одного из правозащитников.

Blitzkrieg
Дальнейшие события в зеркале западных СМИ, правозащитных организаций и Аль-Джазиры схематично можно описать следующим образом.
Волнения охватывают все новые города. Полиция и армия присоединяются к восставшим. Военные базы в Тобруке и Бенгази переходят на сторону мятежников.
Одновременно дается невероятно точная информация о жертвах. По данным Human Rights Watch, на 18 февраля погибло 24 человека, 19 февраля — уже 84, на 24 февраля сообщают о 2 тыс. убитых. Аль-Джазира также ведет статистику, не столь подробную, но более масштабную: 19 февраля — 200 убитых, 21 февраля — 300, далее — счет идет на тысячи.
У Каддафи осталось 5 тыс. человек наемников и его племя. Он компенсирует отсутствие единомышленников беспрецедентной жестокостью: использует снайперов против повстанцев, боевые самолеты и вертолеты, танки и артиллерию — даже химическое оружие. Своих соратников, отказывающихся участвовать в таких зверствах, уничтожает.
Сообщение ясно читается: народ вместе с армией и полицией борется с кровавым диктатором, власть которого держится на штыках интервентов.

Если расположить в хронологическом порядке обвинения против Каддафи, то получится следующая картина:
тиран, попирающий принципы свободы и демократии;
февраль 2011 — коррупция и воровство государственных средств;
конец февраля 2011 — противозаконные и чрезмерные действия по разгону демонстрантов;
использование иностранных наемников для подавления мятежа;
использование снайперов против повстанцев, боевых самолетов и вертолетов танков и артиллерии;
Каддафи лично отдал приказ взорвать самолет под Локерби в 1998;
начало марта 2011 — применение химического оружия для подавления беспорядков;
Каддафи психически болен (не фигура речи, а мнения экспертов);
Каддафи хочет взорвать нефтепроводы, чтобы погрузить страну в хаос: «Либо я – либо хаос!»;
правительственные войска насилуют женщин, убивают детей, сжигают в печах пленных.

Практически каждый день открывается новая «правда» о полковнике, обстановка нагнетается. На начало марта образ окончательно сформирован — кровавый тиран, психически нездоровый, террорист, безжалостный убийца собственного народа, который ради сохранения власти пойдет на все.

При формировании отрицательного имиджа особенно заметна несбалансированная расстановка акцентов. Например, отношения Каддафи с украинской медсестрой для СМИ также важны, как наличие/отсутствие химического оружия и смакуются в мельчайших деталях, с опросом свидетелей, проверкой всевозможных гипотез и прочее. Появляется информация, что сын Каддафи Саиф аль-Ислам степень доктора философии купил, обсуждаются шикарные кортежи, американские и европейские счета семьи. Аль-Джазира представляет полковника как ненастоящего мусульманина и в профессиональной деятельности, и в быту. Другими словами, вопрос международной важности обсуждается на уровне обывателя, в бытовом ключе. И Каддафи, даже представленный как обычный человек, со своими слабостями и соблазнами, выглядит непрезентабельно.

Муаммар и Саиф Каддафи в своих выступлениях опровергают обвинения:
масштаб беспорядков сильно преувеличен;
самолеты и вертолеты используются только для переброски войск;
огонь открыт только по вооруженным людям, атаковавшим военные базы;
среди мятежников много иностранных наемников;
боевики Аль-Каиды ведут подрывную деятельность в стране: провоцируют беспорядки, раздают наркотики молодежи;
за мятежом стоят иностранные государства, которые хотят расколоть страну и ввести войска НАТО;
у семьи Каддафи нет зарубежных счетов.

Достоверность или недостоверность вышеизложенных сведений не являются целью данного исследования, но бросается в глаза диспропорция между масштабом обвинений и авторитетностью источников. Мировые информационные агентства, серьезные международные организации выдают информацию поразительной подробности и конкретики, указывая в источниках: «очевидцы нам пишут», «по мнению некоторых очевидцев», «наш источник» и даже «по слухам». После заявлений, что Каддафи отключил все возможные средства связи, даже мобильную, появляются такие сообщения — «один из очевидцев позвонил нам по спутниковому телефону и сообщил...»

Следует отметить такой тренд, как информация о боевых действиях и пострадавших, поступающая от медиков: врач в Бенгази, врач из Триполи, французский врач из Бенгази. Такой ход позволяет не только дать точные цифры погибших, но и красочно, даже натуралистично описать характер ранений, передать весь ужас войны, зверства правительственных войск.
 
Coup de grace
С 20-х чисел февраля информационная война против Каддафи переходит на новый этап, основное послание которого: дело полковника проиграно, от него отвернулись даже ближайшие соратники, он сбежал из страны.
Сообщается, что повстанцы захватывают один город за другим. На сторону мятежников перешли главы силовых ведомств: министр юстиции, министр внутренних дел, генеральный прокурор, руководитель спецслужб. Ливию исключили из Лиги арабских государств, Международный союз мусульманских ученых осудили правительство Ливии, собственные послы и представители в ООН отреклись, ряд стран разорвал дипломатические отношения, Евросоюз и США ввели санкции, членство Ливии в Совете по правам человека приостановлено, Гаагский суд приступил к расследованию действий Каддафи. Даже сын перешел к мятежникам.

23 февраля Аль-Каида провозгласила исламский эмират в городе Дерна. 26 февраля бывший министр юстиции Мустафа Абдель Галиль сформировал временное правительство в Бенгази.
Каддафи собирается покинуть страну / уже покинул / ему обещано прощение, если добровольно покинет.

Oops!
С начала марта сведения о боях и победах весьма противоречивы, а 15 марта становится ясно всем, что армия и соратники верны полковнику, что Бенгази — последний оплот повстанцев — окружен и вот-вот падет под ударом правительственных войск.
17 марта Совбез ООН разрешил применение международной силы против Каддафи. 19 марта Саркози объявил о начале военной операции, начались авиаудары по нефтехранилищам в районе города Мисрата.
***
Описанная ситуация хорошо иллюстрирует, как медиа формируют виртуальную реальность, которая формирует реальность настоящую. Картина была нарисована достаточно четко. Восточный деспот, погрязший в роскоши и коррупции, обворовывал и притеснял свой народ. Народ восстал. Армия и полиция поддержали восстание. После непродолжительного сопротивления наемники тирана сдаются. Диктатор бежит из страны. Народ демократическим путем (до поры забудем про исламский эмират в Дерне) выбирает себе правительство. На все про все — месяц. Когда же через месяц нарисованная и реальная картины не совпали, причем не совпали фатально, настало время плана «Б».

Правила подачи информации, которые использовали при освещении войны в Ливии:
Обвинять объект не в чем-то конкретном, а по многим пунктам, внимательно отслеживая реакцию и развивая те линии, которые вызвали наибольший отклик;
Не утруждать себя доказательной базой, не настаивать, что информация достоверна. Осадок останется в любом случае, а обвинить СМИ во лжи будет проблематично;
Чередовать информацию самого общего плана с сообщениями потрясающей конкретики и подробностями — придает достоверность;
Перегружать коммуникационные каналы казуальной информацией, чтобы целевая аудитория не смогла вычленить суть;
Выдавать информацию противоречивую по многим пунктам, но в чем-то конкретном — общую, что позволяет выдать это общее за константу, аксиому — истину;
Сочетать серьезную аналитику с бытописательством, смешивать низкие и высокие жанры, превращать трагедию в клоунаду, клоунаду — в трагедию;
Использовать максимальный натурализм в репортажах и интервью с целью привлечь внимание, напугать — вызвать реакцию;
Поощрять конфликты между различными, часто враждующими экспертами, спикерами, шире — различными медиа, которые будут с пеной у рта спорить о частностях, но быть полностью солидарными друг с другом по сути;
Освещать развитие событий по законам драматургии — завязка, первая поворотная точка, развитие событий, вторая поворотная точка, кульминация — держать целевую аудиторию в напряжении;
Создавать множество синхронизированных информационных поводов за сравнительно короткий промежуток времени, чтобы добиться синергитического эффекта;
Развивать активность на различных уровнях, по различным схемам, преследуя разные цели, но с обязательным пересечением в одной и той же, заранее рассчитанной точке.